Глава 1

Она стояла на гребне холма, у старой, заброшенной мельницы, где разбил лагерь ее новый отряд. Люди, которым ей предстояло доверить свою спину. Пронизывающий ветер трепал пепельные волосы и вырывал из пальцев белоснежный конверт. То самое письмо с печатью Центуриона — одной из гильдий, что правили Кондрией. Она взялась за это задание и теперь не отступит. Ни за что. Ведь путь их лежал на Север, туда, где осталось ее сердце, полное тайн, которые она поклялась разгадать.

Ее пронзительные голубые глаза смотрели вдаль, за горизонт, мимо этих зеленых и свежих земель. Мимо неспешных, ленивых рек, где плескалась рыба, сверкая чешуей на солнце. Мимо лесов, где не было ни величественных оленей с ветвистыми рогами, ни хитрых лис, идущих по следу шустрых зайцев.

Нет, ее душа пела не об этом красивом просторе. Она пела о знойном дне и соленом запахе морского прибоя. О бесконечных праздниках, где музыка и танцы никогда не смолкали. Об острых специях, чей пряный аромат был запахом ее настоящего дома. И об огне, что поселился в ней.

Внезапный луч, пробившийся сквозь хлопковые облака, осветил ее лицо. Кожа цвета теплой бронзы, по которой так скучало настоящее северное солнце, казалась чужеродной в этом умеренном свете. Она и впрямь была похожа на экзотический цветок, вырванный из родной оранжереи и теперь упрямо тянущийся к своему далекому теплу.

Решительно шагнув вниз по склону, она двинулась к лагерю. Ее походный наряд, как и она сама, был соткан из контрастов — практичность воина и грация танцовщицы. Высокие сапоги из темной кожи бесшумно ступали по траве, почти не сминая ее. Облегающие черные брюки не сковывали движений, лишь подчеркивая силу и упругость тренированных ног, способных в любой момент сорваться в смертоносный танец.

Пронзительный крик синей птицы, пронесшейся над головой быстрой стрелой, заставил ее на миг поднять взгляд. Порыв воздуха, оставленный крыльями, растрепал ее волосы, сплетенные в сложную, тугую косу. Когда она привычным, отточенным жестом поправляла выбившуюся пепельную прядь, ее смуглой щеки коснулась мягкая ткань. Широкий алый рукав ее рубахи — яркое огненное пятно, как напоминание о жарких закатах ее родины. Знак ее гильдии. И ее сущности.

До ее ушей, украшенных небольшими серьгами из темного золота, долетели обрывки слов. Они ее еще не видели, но она, подобно пантере, улавливала каждое движение, каждую эмоцию, доносившуюся с поляны. Легкая улыбка тронула ее карминовые губы. Она не любила наблюдать, но это действие было ей слишком привычно. Тени от деревьев надежно скрывали ее кричащий наряд. Лишь изменение света на мгновение выделяло искусную вышивку, украшавшую вырез из плотной, но мягкой ткани.

Ее взгляд скользнул по новым спутникам. Три совершенно разных существа, с которыми ее свела судьба и это письмо. Похоже, им придется долго притираться друг к другу, чтобы хотя бы не перегрызть глотки в пути.

Судя по всему, процесс уже начался. Шебутная девушка с копной темно-фиолетовых волос что-то яростно доказывала мужчине с тяжелым и грубым лицом. Она сощурилась, всматриваясь в его черты, и в полумраке ее собственные глаза налились глубоким серым цветом. Она углядела то, что он, видимо, не афишировал, – заостренные кончики ушей. Эльф. Но совсем не похожий на тех изнеженных красавцев, какими обычно представляют этот вид. Он был как дикий терновник – колючий, упрямый и в любой миг готовый к схватке. Интересно, насколько хватит его терпения?

Но не это было самым необычным. Недалеко от этой экспрессивной парочки, у самого костра, сидел огр. Его кожа, серая и бугристая, напоминала необработанный гранит, а лицо с тяжелой челюстью и нависающими бровями могло бы напугать и бывалого солдата. Но оно выражало полное, невозмутимое спокойствие. Его огромные, похожие на валуны, руки двигались с неожиданной ловкостью и точностью, пока он готовил ужин над огнем.

Ее удивлял этот громила. Он не обращал на крики никакого внимания — не пытался разнять спорщиков, но и не присоединялся к ним. Это было странно. Огры, которых она знала, были воплощением ярости. Они злились, буйствовали, из них получались лучшие берсерки, сметающие всё на своем пути. А в этих черных маленьких глазках она видела лишь усталость и меланхолию. Что же с ним произошло, не родился же он таким?

Внезапно тишину ее мыслей разорвал грубый выкрик:
— Хватит! Заткнись!

За криком последовал глухой, мощный удар, и звук раскалывающегося дерева разнесся по поляне. Она, вернув взгляд к экспрессивной парочке, инстинктивно коснулась пальцами рукояти своего клинка Мароца.

Так и есть. Черноволосый эльф не выдержал. Он вскочил на ноги, а бревно, служившее им скамьей, разлетелось на две щепки от его яростного удара. Он дышал тяжело, как загнанный зверь, и в его карих глазах плескался холодный гнев.

По ее спине прошлась волна мурашек, и она еще крепче схватилась за свою защиту. Она почувствовала это – тихую, но могучую магию, что поднималась от самой земли, словно корни древнего дерева. Вокруг ног эльфа и девушки из-под земли вырвались толстые, шипастые лианы. Они не причиняли вреда, но обвились вокруг их лодыжек стальной, непреклонной хваткой, не давая сдвинуться с места.

—Теперь, когда вы оба успокоились, — раздался низкий, рокочущий голос, в котором не было и тени гнева, — почему бы вам не присесть и не поесть? Ужин почти готов.

Это был огр, который использовал свои силы, чтобы остановить ссорившуюся парочку. Никто из них больше ничего не говорил, а их головы спрятались за плечи. Они боялись его злить.

А великан, спокойно сидевший у костра, повернулся в ее сторону.
— Может, уже хватит наблюдать? Мы достаточно долго ждем нашего последнего члена отряда. Хотелось бы увидеть, кто ты.

В его маленьких, как бусины, глазах она не заметила враждебности, лишь любопытство. И она вышла на свет. Ее талию перехватывал широкий пояс из черной кожи, а по бокам в идеально подогнанных ножнах свисали ее клинки, Тагроц и Мароц.
— А я все ждала, кто из диких зверей первым сбежится на крики сладкой парочки, — услышав ее высказывание, пойманные ребята с еще большим остервенением постарались вырваться из лиан. А лицо огра страшно исказилось, вызывая добродушную улыбку.
— С присоединением, дикая кошка. Я Торн из гильдии Центурион и на данный момент главный в отряде.
— Это кто тут главный? — фыркнула девушка, пытаясь поправить неуместную и красивую одежду, защищая от острых шипов, которые держали ее. — Я единственная и неповторимая Элари Ри Клая из гильдии Лиер, и вы все должны мне подчиняться!
— Вот еще! Какая-то аристократишка будет мной командовать, — бросил через плечо эльф, впиваясь руками в крепких перчатках в толстые лозы, пытаясь их разорвать. — Кайдан. Но не смей никогда сокращать до Кая, иначе на красивом личике появится фингал.

Она улавливала каждое слово, каждый жест. Нет, такие отношения между командой ей не нужны. Ей нужно, чтобы они ладили друг с другом и доверяли. Кайдан с Элари — как кошка с собакой, а Торн хоть и спокойный, но отстраненный. Кажется, пора брать руководство в свои руки, если она хочет дойти до Севера.

Плавно достав Тагроц, она двинулась к разношерстной парочке. Все отвлеклись от своих дел и с опаской посмотрели на нее. Эльф даже прекратил выбираться и встал в боевую стойку. Какая смешная сцена, как будто он сможет до нее дотянуться. Огр спокойно сидел, но она заметила, как его каменные мышцы напряглись. А девушка? О, она даже не обратила на нее внимания, дальше занимаясь своей одеждой. Плохо, кажется, кому-то нужен урок на внимательность. Она ей его обеспечит, да так, что та на всю жизнь запомнит.
— Я Игнисария Орезия из Вулариса, и теперь я являюсь руководителем отряда! — Она делает это грациозно и сильно. Тагроц, как яркое солнце, вспыхивает и сжигает лианы, лишь слегка облизывая опутанные ноги. Кайдан и Элари, кто с шипением, кто с ругательством, вырвались из пламени, что она устроила. А она выразительно обвела взглядом их всех, остановившись на Торне. — Есть возражения?
— Нет, теперь ты руководишь, — она заметила мелькнувший страх в глазах огра, но он быстро исчез, признавая ее авторитет. А двое лишь злобно посмотрели на нее из-под бровей, но ничего не сказали. Ничего, она и не таких строила. Они все еще станут самым слаженным отрядом на всех землях Кондрии.

***

Они уже несколько дней шли к небольшому городу Эрой, где смогут спокойно отдохнуть от долгого путешествия. Все это время они притирались друг к другу. Торн оказался вовсе не страшным, а мудрым огром. Он был добродушной громилой, который любил спокойствие и уединенность. Она думала, что с ним будет больше всего проблем, но он помогал ей, если она просила, и без лишних вопросов выполнял ее указания. Много про себя он не рассказывал, больше любил слушать истории. А какую еду он готовил! У них оказался личный переносной шеф-повар.

А вот Кайдан потребовал поединка, если она хотела им руководить. Это был захватывающий бой, давно она с таким мастером не сражалась. Но ее опыт и ловкость обошли того, кто привык видеть в противниках лишь грубую силу. А после он подошел к ней и, пожав руку, предложил как-то поучаствовать в боях без правил в Гильдии Крыя. Это было заманчивое предложение, и она обязательно примет его, но уже после их похода. Договорившись, Кайдан спокойно принял ее кандидатуру на руководство.

А вот кто больше всех доставил хлопот, так это сбежавшая из дома аристократка Элари. Что она забыла в этом смертельном походе, она так и не узнала, зато поняла, что та имеет вздорный характер. Игнис посмотрела на фиолетоволосую, которая, отвернувшись от всех, занималась своими ногтями. Хищно улыбнувшись, она запустила в ту маленький камушек, который ударил по макушке.
— Эй! Почему ты кинула, сейчас же не тренировка? — ее вздорный нос смешно насупился. О да. Игнис выполнила свое обещание и теперь натаскивает Элари наблюдать за окружением.
— И что? Думаешь, враг к тебе на тренировке придет? — лениво протянула Игнис. — Пока ты в дороге, не забывай смотреть по сторонам. Кто знает, может, прекрасный принц на белом коне рядом будет скакать, а ты не заметишь?
— Ха, скорее темный всадник на скелетной лошади, — не забыл влезть эльф, чтобы поддеть девушку.
Аристократка резко переключилась с Игнис и направила свой гнев на Кайдана. Уж что она не смогла исправить за эти несколько дней, так это их перепалки. Ну ничего, первые проблемы и сложности в дороге изменят это, нужно лишь время.

Они подходят к каменному городу, чьи стены видали лучшие дни. Стража, которая должна стоять в дозоре, отсутствует, что настораживает не только Игнис, но и Торна.
— Возможно, мы попали на пересменку? — неуверенно предлагает вариант огр, чей низкий голос раскатывается по холодной тишине.
— Кто знает? Пойдемте, в городе узнаем. — Она не уверена, что здесь происходит, но, кажется, здесь им не отдохнуть.

Входя в крепкие, но распахнутые ворота, они видят пустые улицы. Они идут вдоль грязных стен и мутных окон. А через мгновение на них выбегает костлявая собака. Она пробегает мимо них, пытаясь забиться под дырку в здании. Игнис останавливает отряд, и из того места, откуда выбежала дворняга, показывается подросток с ножом. Он был худ и еле держался на ногах, но в глазах горел безумный огонь. Не обращая внимания на их отряд, он устремляется за четырехногой, пытаясь достать ее из-под здания.

Кайдан хочет подойти и остановить этот ужас, но Торн преграждает ему путь и качает головой. Верно, сейчас не время, им нужно узнать, что здесь происходит. Они проходят мимо отчаявшегося человека, направляясь к замку.

Но в сам замок они не попали, их останавливает крепкая стража. Их доспехи были хоть и старые, но хорошо очищены. А лица выражали презрение и высокомерие.
— Кто такие? Что надо? — грубый тон встрепенул Элари, которая уже хотела ему все высказать. Возможно, Игнис бы и посмотрела на это, но сейчас им надо пройти внутрь.
— Мы — отряд, действующий по поручению гильдии Центурион. Нам необходимо встретиться с вашим лордом. — Ее голос был спокоен, но в нем звенела сталь. Они, как официально созданный отряд, имеют все полномочия для встречи. И им никто не должен преграждать дорогу, но она поняла, что просто не будет, потому что на лице стражника отразился гнев.
— Не положено! Убирайтесь! — гаркнул на нее охранник.
Он даже решил взять меч для большего устрашения, но Игнис была готова. Ее руки уже давно лежали на ее верном оружии, и ей достаточно одной искры, чтобы вспыхнуть.

Но этого не понадобилось. К ним неспешно шел мужчина с курносым носом и перекошенным лицом. Его доспехи были намного дороже и крепче, чем у остальных, а осанку он держал так, будто является королем этого мира.
— Что здесь за шум? — его голос, скрипучий, как несмазанная дверь, был полон высокомерного раздражения. Он даже не посмотрел в их сторону, обращаясь к своему подчиненному. Что за наглость! Она ненавидела грубость.
— Ничего, глава Корвус! Лишь какие-то крысы хотят пробраться в замок.
Игнис видела, что ее отряд был готов к наступлению. Кайдан сильнее сжал руки, а Торн незаметно отступил назад. И она... дала им волю. Посмотрим, что из этого выльется. Если не хотят по-хорошему, она узнает всё в порыве ярости. Возможно, ситуация и прояснится.
— Да как ты смеешь так разговаривать со мной, Элари из дома Ри Клая! — ее щеки пылали красным, как наливное яблоко, а взгляд стал во сто крат высокомернее, чем у всех здесь собравшихся рыцарей. А ее девочка не так проста, как казалась. — Ты, непристойная муха, должен пасть к моим ногам и умолять о спасении!
— Как ты смеешь?! — Игнис видела, как этот грубый стражник направляет свой меч на аристократку. Но она осталась на месте. Ее помощь не требовалась. Своими руками в перчатках Кайдан остановил клинок у самого поднятого носа Элари. Та, не ожидав такого поворота, отшатнулась.
— Разве ты не слышал, что сказала тебе госпожа? — Игнис не хотела бы сейчас быть на месте стражника. То, как на него посмотрел эльф, должно было не только опустить его на землю, но и отправить в самые глубокие пещеры Тьмы. Он взмахнул свободной рукой и ударил того в живот. Согнувшись, мужчина упал на колени, именно туда, где находились ноги девушки. Элари прикусила губу и ничего не сказала, переводя взгляд на небо. Видимо, она не оценила рыцарский поступок Кайдана.

В стороне всполошились другие стражники, но Игнис увидела, как Торн незаметно провел рукой вдоль земли. Те, кто кинулся к этому инциденту, неожиданно запнулись и упали на землю. Ха, кажется, огр расставил ловушки, прекрасно. Ей нравилось то, что вырисовывалось перед ее глазами. Возможно, они все же быстрее сработаются, чем она думала. Пора и ей вступать в эту битву.
— Вы глава? — Она с презрением обвела его фигуру с ног до головы, вызвав раздражение на его лице.
— Кто такие и как вы смеете набрасываться на стражу? Это нападение? — Все-таки этот Корвус не так глуп. Пытается вызнать, с кем имеет дело. Игнис заметила, как он прикоснулся к своей груди, где висел кулон, сделанный из черного металла. Интересно, что такая красивая побрякушка делает у стражи?
— Как я и сказала, мы пришли от гильдии Центурион и требуем аудиенции у здешнего лорда. Вы смеете перечить приказам магистра Элиаса? — Как только она произнесла это имя, лицо главы стражи побледнело. Никто не смеет переходить ему дорогу, ведь он не только глава гильдии, но и на данный момент является самым сильным магом света на континенте.
— Нет, вы можете проходить. — Голос Корвуса заметно дрожал, но он все равно отдал приказ об их пропуске.
Однако Игнис задержала Торна, отдав приказ забрать Кайдана, походить по городу и узнать, что здесь происходит. Огр должен понять, что им нужно найти проблему, пока она с Элари будет решать дела с лордом.

Они с аристократкой, которая высоко держала голову, прошли через массивные ворота в замок. Их встретили древние стены, возможно, они застали еще создание пяти гильдий. Отполированный ветрами камень блестел от лучей солнца, создавая ощущение зеркала. А фиолетовый флаг на башне кричал о том, что этот город входит в состав гильдии Сомен.

Внутри убранство не кричало о роскоши, все было сдержанно и строго. Высокие сводчатые потолки терялись в полумраке. На стенах висели выцветшие, но чистые гобелены, изображавшие сцены охоты и великих битв. Сквозняк гулял по коридорам, заставляя пламя редких факелов нервно плясать. А самое главное — здесь было тихо. Ей это не нравилось, как будто они оказались в призрачном замке.

Проходя мимо лестницы в подвал, Игнис почувствовала не только запах пыли и плесени, но и тошнотворно-сладкий запах гнили. Но им не дали задержаться, и казалось, что это была лишь иллюзия. Подметив эту странность, она обратила внимание на то, что здесь не бегали слуги. Ни одного, даже тени не было, пока они шли.

Они подошли к массивным, но старым дверям, которые открыл их сопровождающий. Игнис и Элари вошли в когда-то невероятно красивый бальный зал, где устраивались пиры и вечера. Когда-то блестящий паркет, на котором виртуозно кружили партнерш кавалеры, теперь был усыпан мелкими трещинами, проходившими, как сорняки. Сквозь витражное окно пытались пробиться лучи, которые захватывали в плен паутина и пыль. Это была застоявшаяся вода в заброшенном пруду. А величественные колонны, как одинокие сосны, стояли на ветру времени.

В отдалении, на невысоком постаменте виднелся трон, который уже не блестел темным деревом. Тонкая пыль, как мошки, летала, создавая фантомы фигур. И она ощутила запах дыма и сырости.

Лорд города Эроя не сидел, он стоял недалеко. Его одежда, хоть и выглядела дорогой, но уже виделась изношенность. Черные волосы находились в хаосе, а на лице была видна щетина. И хоть он и казался картиной прошлого, его взгляд был ясно устремлен на собеседника.

Вот у кого был идеальный вид аристократа. Вся одежда пестрела яркими красками, а на руках и шее висели разные украшения. Особенно бросался в глаза большой фиолетовый камень на указательном пальце. Но вид жидких, прилизанных волос и узко посаженных глаз напоминал наглого бобра, а не благородную кровь.

Когда они подошли ближе, оба мужчины повернулись к ним. Во взгляде лорда мелькнуло усталое любопытство, в глазах же другого — откровенное раздражение, словно их прервали в самый неподходящий момент.
— Лорд Тебальд, казначей Юстус. Посланницы из гильдии Центурион. Госпожа Игнисария Орезия и госпожа Элари Ри Клая. — Ее напарница сделала прекрасный реверанс, который кричал о ее происхождении. Она же просто кивнула.
— Приветствую в своем городе столь высокопоставленных гостей. И приношу извинения, что вас неподобающе встретили. Могу ли я узнать цель вашего прибытия? — Лорд слегка прищурил глаза, но на его лице появилась гостеприимная улыбка. Было видно, что они не вовремя, но он, как и подобает власти, быстро сориентировался.

Игнис посмотрела на Элари и кивнула ей. Лучше пусть она разговаривает с Тебальдом, как на равных. Заодно оценим, что может предложить сбежавшая аристократка, кроме криков.

Голос Элари, уверенный и звенящий, вел переговоры с лордом, но Игнисария уже ее не слышала. Ее внимание, как у хищника, выцепило в полумраке зала иное — едва заметное движение в глубокой тени за троном. Она напрягла зрение и различила там темный силуэт. Кто он и что там делает?

Словно почувствовав ее взгляд, фигура плавно вышла на границу света. Это был молодой мужчина, и его красота была из тех, что обезоруживают. Изящные, почти точеные черты аристократичного лица гармонировали со светло-русыми, уложенными легким ветерком волосами и пронзительными серыми, почти черными глазами. Это была не грубая мужская привлекательность, а утонченная, почти андрогинная красота, от которой у Игнисарии всегда предательски замирало сердце. Она любила красивые вещи, и этот мужчина, без сомнения, был произведением искусства.

Он поймал ее пристальный взгляд и ответил на него — неторопливо, осознанно. На его губах заиграла легкая, понимающая улыбка, и он чуть склонил голову набок. Несколько светлых прядей упали ему на лоб, и этот простой жест был полон такого обезоруживающего обаяния, что Игнисария почувствовала, как ее зрачки невольно расширились, а в груди потеплело.

Этот человек точно знал, как произвести впечатление. Но и она так просто не сдается. Медленно, почти лениво, сместив вес с одной ноги на другую, Игнис открыла вид на ее тренированное бедро, которое подчеркивали плотно облегающие брюки. А поворот торса приоткрыл вид на искусную вышивку алой рубахи, которая находилась у неглубокого выреза. Ее движения — это ее дыхание, такое же естественное, но необходимое. Она покажет ему грацию настоящей танцовщицы.

Посмотрев на него из-под слегка прикрытых ресниц, она увидела, как тот сощурился. Его улыбка приобрела чуть более хищный оскал, а в глазах заплясали любопытные искры. Кажется, ее новый партнер оценил ответный ход.

Она видит, как он делает несколько шагов в их сторону, легким движением убирая с лица светлые пряди. И в этот момент до нее доносится голос лорда:
— Подойди, Арэш. Нужны твои знания о замке.

Игнисария не отрываясь наблюдала за его походкой — грациозной, но тихой, даже слишком. Он двигался как тень, неспешно вышедшая на свет. Плотный воздух зала обрисовывал контуры его фигуры, прижимая к телу практичную, но расшитую редкими нитями одежду. Проходя мимо, он едва заметно задел ее плечо рукавом, и по коже Игнисарии пробежали мурашки. Но она смотрела в его глаза, в которых читались и острый ум, и скрытая сила.

Их взаимодействие было прервано на время. Но она знала, что они оба будут ждать следующего шанса. Лично она точно не собиралась сдаваться так легко. Теперь это будет делом принципа.

Внутренне собравшись, Игнисария повернулась к Элари, пока мужчины обменивались тихими фразами.
— Я отвлеклась. Что я пропустила? — шепотом спросила она.
— Если не хотела слушать, могла бы и вовсе не приходить, — фыркнула аристократка, демонстративно поправляя рукав. Но ее спесь мгновенно улетучилась, когда она заметила, как Игнисария небрежно подбрасывает в ладони маленький, острый камешек.
— Ладно-ладно, только не кидай! — поспешно зашептала она в ответ. — Лорд Тебальд подтвердил, что в городе голод. Запасов почти не осталось, а торговые караваны перестали сюда ходить уже несколько месяцев.

Значит, город отрезан от внешнего мира, да еще и внутри не все так спокойно. Эта ситуация ей не нравилась, но она должна будет с этим работать. Игнис спрятала камешек в карман и взглянула на напарницу. Взгляд Элари уже блуждал не по ней, не по лорду. Она восхищенно наблюдала за фигурой, вышедшей из тени. Аристократка буквально пожирала глазами стройного блондина.

Кажется, не она одна ценила красивые вещи. Это превращает унылые дни в забавные. Теперь они могли либо наконец найти общий язык, либо вконец рассориться. Лорд Тебальд, словно почувствовал, что внимание гостей переключилось, начал разговор.
— Госпожи, — произнес он, привлекая их внимание. — Позвольте представить вам Арэша. Он мой ученик и по совместительству хранитель замковой библиотеки. Думаю, его знания о старых картах и хрониках могут оказаться вам полезны.

Арэш сделал легкий, изящный поклон, не сводя своего пристального взгляда с Игнис и напрочь игнорируя напарницу. Он знал, кто в их дуэте является лидером.
— Арэш, это госпожа Элари из благородного дома Ри Клая, — продолжил лорд, не обращая внимания на своего ученика. — Именно госпожа просила доступ в нашу библиотеку, чтобы изучить некоторые документы. Я был бы признателен, если бы ты ей помог.
— К вашим услугам, госпожа, — теперь его взор был устремлен на краснеющую аристократку. Хоть в его голосе и ощущались мягкие, обволакивающие нотки, темные глаза выражали скуку.
— А это… — Тебальд запнулся, пытаясь вспомнить имя второй гостьи. В его выражении проскользнуло легкое пренебрежение к той, кто не имел громкого титула. Эти важные люди всегда были одинаковы. Обращали внимание только на ярлыки и совсем не заботились о том, к чему они были прикреплены.
— Игнисария Орезия, танцовщица, — она не дожидалась, пока лорд вспомнит имя или даже опустит его. Она заявит о себе не ради него, а ради тени, что прячется за его спиной. Игнис мягко улыбнулась Арэшу, у которого снова появились озорные искорки. Но их снова прервали. Кажется, она начинает ненавидеть этот замок.
— Хватит этих любезностей! — закричал позабытый всеми казначей Юстус. Его лицо побагровело, а на виске даже стали проступать синие вены. — Тебальд, мы не закончили! И если ты не хочешь восстания, мы должны раздать все оставшееся зерно людям!
— Мы уже говорили об этом! — грозно осадил казначея лорд. — И сейчас не то время и место, чтобы спорить.
— Не то время? А то, что голодный люд уже под стенами, тебя не волнует? — не дал утихнуть спору Юстус.
Это превращается в интересное представление. Игнис взглянула на Элари, которая, кажется, уже летает в своих фантазиях. Может, кинуть в нее камень? Игнис тихо его достала, но увидела любопытный взгляд Арэша. Улыбнувшись ему своей самой загадочной и предвкушающей улыбкой, она метнула в девушку маленький щебень.
— Ай! — потирая ушибленное место, фиолетоволосая зло посмотрела на своего руководителя. — Зачем?
— Ах, кажется, ветхий замок настолько очарован твоей красотой, что решил упасть к твоим ногам. Как жаль, что он промахнулся. Но ты же не обижаешься на него за это? — Она перевела хитрый взгляд на ссорившихся лорда и казначея, замечая приподнятый уголок губ у Арэша. Она добилась своего, вызвав не лукавую улыбку.

Ее веселый взгляд упал на то самое фиолетовое кольцо, что было у казначея. Интересно, что это за драгоценный камень? Она не помнит такой? И тут она заметила. Юстус, продолжая кричать на лорда, едва заметно покрутил кольцо на пальце. Это не было нервным, бессознательным жестом. Он сделал это намеренно. Зачем?

А в следующий миг она почувствовала, как дрожит земля. Громогласные, скрипучие крики долетели до них. Ссора двух важных людей этого города прекратилась, а на лице Элари проступили нотки беспокойства. И лишь лицо Арэша она не увидела за тенью, что создали его волосы. Но сейчас ей было не до него. Она поняла, почему ее смутил тот гнилой запах. Так пахли только мертвецы… или нежить. Они неслись именно с того проклятого подвала!
— Элари! — ее голос прозвучал как удар хлыста, вырывая всех из оцепенения. — Забирай лорда! Уводи его как можно дальше отсюда!
— Игнис, что происходит? — замешкалась уже напуганная девушка.
А лорд, кажется, поняв, что происходит нечто ужасное, побежал к задней двери, которую уже запер казначей.
— Юстус! Что это такое? Открывай! — барабанил по двери Тебальд, но в ответ была лишь тишина.
Это было предательство. Но Игнис сейчас волновали твари, уже выламывающие массивные, но старые врата. Долго они не протянут, нужно как-то спасти аристократку и лорда.
— Элари! Очнись! Что ты можешь? Какие твои способности? — Она трясла ее за плечи, пытаясь вытащить из скованного состояния. — Ты же оказалась в нашем отряде не просто за красивые глазки?
— Да… да, — девушка приходила в себя, — я химик, специализируюсь на жидкостях... и туманах.

Плохо. Они в закрытом помещении, и ее способности только помешают. Глаза Игнис метались от одного угла зала в другой. Скрежет и вой за главными воротами становились все громче, дерево трещало. Они не продержатся и минуты.

Ее взгляд задержался на задней двери, у которой все еще в отчаянии колотился лорд. Кажется, у нее возникла гениальная, но, как всегда, опасная идея. Она резко повернулась к Элари:
— У тебя есть что-нибудь... едкое? Что-нибудь, что может разъесть металл? Дерево?
Аристократка, все еще бледная, но с проблеском мысли в глазах, лихорадочно похлопала по многочисленным карманам и сумкам на своем поясе.
— Металл — нет, слишком долго. Но дерево... да! У меня есть концентрированная кислота. Две склянки. Она разъест замок и петли за несколько секунд! Но…
— Отлично! Это то, что нужно! — прервала Игнис девушку. — Взорви эту дверь! Или сожги! Неважно! Просто открой нам путь! И береги лорда!

Игнис уже толкнула Элари к задней двери, оборачиваясь к еле сдерживающей натиск передней. Ее взгляд скользнул на Арэша, которого, кажется, совсем не волновала ситуация, и он спокойно смотрел на пыльное окно. Этот странный ученик! Он что, хочет умереть?
— Эй, Арэш! — она привлекла его внимание. Кажется, ему не понравилась ее грубость, но какая ей разница? — Если не хочешь превратиться в отбивную, тебе лучше начать что-нибудь делать!
— И зачем? — его холодный голос вызвал мурашки по ее телу, а лукавый взгляд говорил лишь то, что он смотрел занимательное представление.
И тогда ее, Игнис, переклинило. Она должна была просить его о помощи или хотя бы указывать на то, что они все умрут. Но нет. Она сказала то, что могло подвергнуть ее, ее подчиненную и даже ее миссию под удар.
— Что ж, тогда оставайся в стороне и смотри, как я разберусь со всеми этими тварями и спасу твою жизнь, — в ее глазах плескалось величие. Она была выше его, она управляла этим моментом. И лицо Арэша застыло каменным изваянием. Был ли он в шоке или переваривал слова, ей было уже не до этого.

Вход пал, и в зал выбрались первые существа. Их кожа в некоторых местах свисала, а другая выглядела болезненно-бледной. До Игнис донесся тот самый тошнотворно-сладкий запах. Она двинулась в их сторону, пытаясь зажать их в проеме. Ее верные длинные клинки начали свой танец.

Она рубила их и колола, но количество было не на ее стороне. Игнис упустила нескольких тварей, которые побежали к дальней стене. Она хотела метнуться за ними, но этого уже не требовалось. Черный и тонкий клинок, полная противоположность ее клинкам, вонзился в нежить, останавливая их. Арэш — это был он.
— Разве я позволю хрупкой девушке одной отбиваться от стаи монстров? — его движения были точны и беззвучны. Он перемещался как тень от одной твари к другой, лишая их подвижности одним хирургическим ударом. Арэш демонстрировал ей свое мастерство. Теперь она поняла, почему он был так спокоен. — Неужто это всё, на что способна танцовщица? Всего лишь размахивать железками? Тебе бы на сцену, да и то вряд ли с такими движениями тебя примут.
Это было чистое глумление над ее способностями. Да как он смеет? Игнис посмотрела назад, где Элари уже смогла открыть дверь. Отлично, теперь ей ничто не мешает использовать свои способности.
— Тогда я покажу тебе свой настоящий танец, Арэш! Смотри не увлекись, а то пропустишь удар! — она ему подмигнула, а его брови лишь слегка приподнялись. Она видела, как тот готовил колкость в ответ, но лишь развернулась к нечисти.

Пришел черед Игнисарии показать себя. Это был не просто бой, это был ее танец. Танец смерти и огня. Клинки Тагроц и Мароц, ее верные спутники, ожили в руках, нагреваясь от ее внутренней магии, и вот уже пламя плясало на стали, оставляя за собой огненные росчерки в полумраке зала. Она двигалась между врагами, как неуловимый дух, ее тело изгибалось и вращалось, каждый выпад был частью завораживающего, смертоносного представления. И даже нечисть, казалось, на мгновение застывала, завороженная, прежде чем пасть жертвой ее огненных клинков.

Когда последний враг рухнул, Игнисария, тяжело дыша, замерла. Краем глаза она уловила взгляд Арэша – внимательный, изучающий. Он едва заметно хмыкнул, и в этой усмешке было что-то… интригующее. Игнисария лишь изящно откинула прилипшую ко лбу прядь волос, разворачиваясь к открытому проходу. У нее еще были дела.